Category: финансы

Category was added automatically. Read all entries about "финансы".

вторая

Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Collapse )
вторая

Бес паники

Условная рыночная экономика, ещё более условно называемая в народе капитализмом, штука, конечно, мерзкая и неудобная. Она одновременно противоречит всем мыслимым моральным с нравственными, гуманистическим представлениям человечества в целом и базовым устремлениям к справедливости, упорядоченности и стабильности каждого человека в частности.

Но дело в том, что она работает. Вне зависимости от качественных оценок. Кому война, а кому мать родна. Тут беда лишь такая, что все так называемые экономисты, от доморощенных кухонных, не умеющих свести собственный семейный бюджет, но рассуждающих об американском внешнем долге, до самых авторитетных нобелевских лауреатов не знают, как она работает. Вернее, вру, основная беда даже не в том, что не знают, а в том, что думают, будто знают.

Великий немецкий бородатый еврей так умудрился задурить всем голову на много поколений вперед, причем одинаково, что своим догматическим последователям, что самым ярым противникам и критикам, что просто диву даешься. Примитивный марксизм, даже не как идеология, я чисто как бухгалтерская методология, в изложении для пятиклассников средней школы отравил массовое сознание. Всякие там прибавочные стоимости, производственные издержки, проценты прибыли и прочая подобная чепуха затуманили мозги и вполне вменяемых, неглупых людей, но родившихся и воспитанных в этой искаженной виртуальной реальности.

А между тем, если нечто вроде экономики при всех мыслимых оговорках и существует, то не имеет никакого отношения к этой белиберде. Экономика — это не деньги и товары, не производительные силы и производственные отношения, а надежды, стремления, амбиции, мироощущение и мировоззрение.

Цена на нефть, как и подавляющее большинство прочих важных для «мировой экономики» «цен», давным-давно никак не зависит от пресловутых спроса и предложения, а также прочих такого рода материальных глупостей. Это всего лишь один из видов термометров или стетоскопов, кому какая ассоциация ближе, показывающих множество всяческих сущностных состояний в реальном времени, в частности и например некие параметры и уровни взаимоотношений между сообществами и государствами.

И Путин, несомненно, абсолютно прав, что даже не стал пытаться договариваться с арабами по поводу каких-то чисто технических мер регулирования. Кстати, если совершенно серьезно, то Владимир Владимирович единственное, в чем хоть что-то действительно понимает, так это в углеводородах. И одна из самых роковых ошибок Ельцина, что он не сделал Путина главой «Газпрома», как тот мечтал, а почему-то придумал совсем другую «загогулину, понимаешь».

Нефть дешевеет не из-за короновируса, Идлиба, Китая, всемирного потепления или Сечина. Просто в данный момент это показатель совпавших векторов основных настроений и устремлений. Частный, далеко не самый принципиальный, но достаточно наглядный пример. Сколько истерических волн было по поводу сланцевой добычи, мол, финансово-производственный пузырь, никогда она не сравнится с классикой по себестоимости, вот-вот заглохнет, такой-то рубеж для неё непреодолим и непереносим, всё такое прочее. Но омерзительный, антигуманный и несправедливый капитализм работает. Когда нужно было, чтобы стартапы средних мобильных и креативных компаний делали свое дело, совершенствуя технологии и повышая рентабельность, американский рынок был заинтересован в их поддержке в том числе и путем удержания цен на определенном уровне.

А сейчас настал момент, когда дальше тянуть нельзя, слишком молодые и наглые могут излишне разбалансировать привычную и комфортную ситуацию. И цели стали совсем иными. Сланцевая добыча не выдержит падение барреля ниже 25 долларов и прекратится? Полная чепуха. Не выдержит не добыча, а недостаточно вставшие на ноги компании. Их скупят гиганты, которые как раз теперь заинтересованы в низких ценах на нефть и газ, как как это снижает и саму сумму скупки. И они совершенно спокойно способны достаточно долго продавать углеводороды ниже себестоимости, одновременно и работая над её снижением, и, самое главное, убирая с рынка конкуренцию со стороны всякой мелочевки.

Но и это тоже так, попутная лирика и дивертисмент для наши мелких шкурных интересов. Вопреки постоянно повторяемой всеми мантре о связи курса рубля с ценой на нефть, он, этот самый курс, так же на самом деле зависит совсем от иных причин. Я уже давно, особенно последнее десятилетие, ну, на пике, естественно, после Крыма, постоянно слышу про то, что Россию всё больше уважают в мире. Даже те, кто говорит об этом без всякого восторга, в основном всё-таки пусть и с некоторой грустью, но соглашаются. Да, против фактов не попрешь, Путин заставил уважать свою страну.

Вот именно и только эта смешная легенда и замеряется курсом рубля. Не покупательная способность, не состояние экономики, не нравственные скрепы, не конституционные реформы, никакие этого рода глупости. Исключительно уважение. Но только реальное.

Рубль не рухнет. У него даже возможны обнадеживающие конвульсии. Но в принципе будет падать.
вторая

Мать и мачеха

Это один из важнейших и ключевых моментов не только прошлого века, но всего огромного куска человеческой цивилизации. Хотя на него и не обращают большого внимания. А зря. Он имеет огромное значение не только для прошлого и истории, но и очень во многом определяет будущее.

Я имею в виду небольшой отрезок всего лет в пять на границе шестидесятых и семидесятых прошлого века. В принципе Британская империя практически начала разваливаться почти сразу после Войны. По большому количеству причин, которые я сейчас не вижу смысла не только анализировать, но и упоминать. Но был один несколько экзотический и странноватый регион, где события вроде бы не торопились следовать всеобщей тенденции и как бы «подморозились», никого особо не раздражая. Он назывался Договорный Оман.

Вообще-то эти места сами по себе никогда особо англичан не интересовали. Смысла в них большого на было. Ну, добывали какой-то период в прибрежных водах неплохой жемчуг, однако и для экономики всей империи, и для каких-то великих геополитических интересов это не считалось столь уж принципиальным. Но через Ормузский пролив проходил один их самых удобных путей сообщения Англии и Индией. И движение британских кораблей там осуществлялось довольно оживленное. А окрестные арабы не понимали, почему мимо них, по территории, которую они считают по сути своей, постоянно плавает такое богатство, а им ничего не перепадает. И они начали «брать свое» самым примитивным способом захвата грузов. Англичане объявили это святое дело пиратством и наваляли арабам. Поставили свои военные базы и контингенты и заключили с местными шейхами договоры (отсюда и «Договорный Оман»), что те в международные дела не лезут и британцам не пакостят, а те в свою очередь в их внутренние проблемы не вмешиваются, но зато от всяких пришлых злодеев защищают. И такое положение довольно долго всех вполне устраивало.

Но Индия уже давно стала суверенной. Регулярное сообщение в прежних объемах и через эти места перестало иметь для Англии столь большое стратегическое значение. Однако ситуация особо «хлеба не просила» и относительно всех устраивала. Да и в конце пятидесятых там в окрестностях нашли нефть, так что какое-то шевеление началось. Впрочем, не особо, тогда ещё толком никто не понял перспектив т события развивались довольно вяло.

Но тут у Англии начались собственные, совершенно не зависимые от арабов серьезные и экономические, и сопутствующие политические с социальными сложности и возникли большие проблемы. И лейбористское правительство устами своего главы Гарольда Вильсона в шестьдесят шестом заявило, что собирается заниматься исключительно своими английскими проблемами, экономить на всем, а в особенности на военном присутствии за рубежом. И в связи с этим уходить полностью из Договорного Омана.

Нас в школе и институте учили, что «К этому моменту Лига Арабских Государств активно боролась за право всех арабских народов за независимость. Международное давление вынудило британцев отступить». Это, конечно же, полный бред. То есть, Лига действительно с момента своего создания за что-то там боролась, но для эмиратов Персидского бассейна эта новость оказалась и неожиданной, и крайне неприятной. С одной стороны, довольно хищно посматривают и пощелкивают зубами Саудовцы. С другой бузит и явно не хочет спокойно жить Иран. А на горизонте уже потихоньку вырисовывается будущее, в котором может оказаться и есть, что делить, кроме колючек для прокорма верблюдов. Но своих вооруженных сил никаких, структуры тоже особо никакой, одна сплошная деревенская родоплеменная антикварная идиллия.

Правда, эмиратам сильно повезло. У власти мощнейшего из них Абу-Даби в тот момент оказался один из самых умных, и я даже сказал бы величайших, если бы не некоторая тогда ситуативная и географическая провинциальность, правителей двадцатого века Шейх Заид ибн Султан Аль Нахайян. Он подождал, пока лейбористы, с которыми ему было тяжело общаться, проиграют выборы и сделал пришедшим им на смену в семидесятом консерваторам неожиданное предложение. Мол, понимаю, что у вас сложности с деньгами и вообще мы вам не очень на что сдались, сами не сильно богаты, но имеем реальные шансы значительно поправить свое материальное положение, потому предлагаю полностью оплачивать содержание английских баз и войск, а можем похрюкать и о дополнительном вознаграждении.

То была столь новая и соблазнительная идея, что англичане поначалу всерьез задумались. Тут как бы вся колониальная идея вместе с «бременем белого человека» ставилась с ног на голову. Не то, что не нужно никого завоевывать и держать под контролем, транжиря собственные ресурсы в надежде и расчетах на всегда достаточно рисковые дивиденды, а совсем наоборот, контролировать территорию и ситуацию при полном согласии и даже благодарности подконтрольных, да ещё и за их счет, да ещё добровольно.

Но всё-таки британцы, несмотря на все соблазны, вовремя одумались. Возглавлявший тогда правительство и партию консерваторов Эдвард Хит (к сожалению, вошедший в историю совсем не этим, а своими весьма сомнительными подвигами совсем на другом фронте) изложил тогда общее мнение в несколько даже раздраженном тоне. Мол, не хватало нам ещё быть наемниками у арабов, нет, ребята, дальше вы сами по мере сил и возможностей. И в семьдесят первом англичане оттуда ушли. Полностью и с концами.

Шейху Заиду невероятными усилиями удалось извлечь из этого огромную историческую выгоду для своего народа, вернее, для всех относительно народов, из которых он сколотил новое любопытнейшее государство, которым потом руководил больше тридцати лет и которое превратил в самый современный уникальный рай, правда, только для очень ограниченного круга своих, но он ведь и не Господь, а просто хороший шейх.

Но отнюдь не поэтому я назвал этот момент принципиальным, судьбоносным и в какой-то степени даже поворотным в истории. Просто именно тогда окончательно стало ясно, что модель развития, основанная на приращении территорий, закончилась. Ничего не надо завоёвывать. Никто из развитых и вменяемых не хочет брать чужие страны даже даром. Даже если приплатят. Не интересно. Бессмысленно, не выгодно и не эффективно. Отношения экспансии, естественно, не закончились, просто перешли в другие плоскости и области.

И, казалось, основные стимулы и причины войн, существовавшие со времени возникновения цивилизации, уходят навсегда и теперь на Земле воцарится стабильный мир. Да, пусть с огромным количеством остающихся и вновь возникающих противоречий и конфликтов, но таких, которые решаются уже совсем иными методами, какими угодно, но в любом случае не захватом территорий.

Ага, как же… Наивная иллюзия. Во-первых, да, для нормальных и вменяемых это обуза, но сначала надо стать нормальными и вменяемыми. Однако даже не это самое главное. Окончательно прояснилось, выкристаллизовалось и сформулировалось, что войны в принципе ведутся отнюдь не за территории. Историю какой страны не почитай, везде написано, что её народ всегда исключительно героически оборонялся от подлых захватчиков, а сам никогда никого пальцем не тронул. Однако на самом деле, в не уникальных, но достаточно редких случаях войны ведутся совсем вынуждено, когда одна сторона выступает несомненным агрессором. Обычно конфликт возникает обоюдный и является в основном результатом накопившегося внутреннего напряжения, а не каких-то внешних факторов. Как в том древнем анекдоте про Василия Ивановича, давшего Петьке по морде из-за того, что они опоздали на поезд: «Ну, что-то же надо было делать!»

Так что, не стоит особо обольщаться. Да, сейчас в смысле практическом, экономическом, стратегическом, каком угодно разумном и логическом не только бессмысленно, но и чрезвычайно накладно, просто вредно захватывать чьи-то территории, особенно с населением, да и совсем пустых-то не очень много, классически старым военным путем присоединения и оккупации. Рынки много эффективнее и комфортнее делить на бирже, чем на поле боя. И жратву с самкой надёжнее завоёвывать кредитной карточкой, чем стволом. Но это ровно ничего не значит.

Поезда уходят, раздражение нарастает, а делать-то что-то надо.
вторая

УКВ памяти

Некий интернетовский ресурс под названием «Московские истории дзен», статуса которого я даже толком не знаю, но, видимо, по косвенным признакам относительно известный и популярный, начал публиковать кое-какие сюжеты из моего Журнала, в основном из повести «Прощание с Ходорковским». Такое изредка случается, и я всегда отношусь к подобному крайне положительно, не вникая особо, какие отрывки откуда и каким образом берутся, считаю выпущенное мною в публично пространство если не общественным, то вполне бесхозным достоянием, ни на что не претендуя.

И вот недавно появился текст из главы, рассказывающей о том, как я в начале восьмидесятых возил в комиссионку Кисловодска купленную в «Березке» аудиотехнику. И меня вдруг, конечно, не то, что поразили, но несколько удивили комментарии читателей. Тем, насколько странные фокусы иногда показывает наша память.

Ну, например, мною были упомянуты «сертификаты с разного цвета полосами». И множество народу стало писать, что автор, то есть я, «слышал звон, да не знает, где он», тогда уже были чеки, а не сертификаты и вообще, все истории «с чужих слов».

А тут вот в чем дело. Я никогда сильно профессиональным «валютчиком» или «фарцовщиком» не был. Основная часть моего полузаконного, а иногда, несомненно, и переступающего черту действующих тогда законов (во всяком случае так это при желании могло трактоваться компетентными органами) заработка относилась к деятельности теневого книжного рынка.

Кстати, в семьдесят шестом вышла повесть Маканина «Старые книги», как раз в основном посвященная тому самому книжному рынку. Я был шапочно знаком с Владимиром Семеновичем и как-то раз случайно оказавшись рядом с ним в компании за столом ресторана ЦДЛ позволил себе предельно уважительно (кроме того, что он был почти на двадцать лет меня старше, мне действительно очень нравилось его творчество) заметить, что некоторые чисто технические детали он описал не совсем верно. Маканин отнесся к сказанному довольно внимательно и, как мне показалось, даже с некоторой благодарностью, сказал, жалко мы на эту тему не пообщались во время написания повести, но заметил, что, хоть, видимо, я прав, но вряд ли он будет вносит в текст какие-то изменения, поскольку для сути и смысла текста это не столь принципиально важно, а пройдет не так уж и много времени, и эти нюансы вовсе сотрутся и из памяти, и вообще из поля внимания. Конечно, он был прав.

Но возвращаюсь к валюте вместе с её подвидом в виде сертификатов и «фарцовке». Повторю, что, не будучи специалистом в этих областях, я сталкивался с ними, как многие из моего окружения, достаточно эпизодически и косвенно. Но, если о чем рассказываю, то только о том, что видел или испытал сам, в чем участвовал и что помню достаточно хорошо. Однако мои тексты не инструкция по фарцовке или валютным операциям, потому не особо заостряю внимания на каких-то чисто технологических мелочах и нюансах, надеясь, что современникам и очевидцам тех событий и так всё понятно, а более юным и не очень нужно, и, подозреваю, не сильно интересно. Для тех же моих сверстников, у которых всё-таки образовалась некоторая временнáя каша в голове, попытаюсь уточнить.

Только сразу предупрежу, что специально ничего сейчас не проверяю по документам и интернету, а пишу намеренно исключительно по памяти, так как речь именно о воспоминаниях, а не об историческом исследовании.

Так вот. Заменители валюты для магазинов «Березка» и некоторых иных специализированных аналогичных торговых сетей появились ещё в середине шестидесятых. Были относительно экзотические серии «А» для моряков, часто называемые бонны, и ещё более редкие серии «Д» для дипломатов, отрезные в виде своеобразных чековых книжек. Кроме того, имелись некоторые редкие, в основном продуктовые, магазины, где иностранцам продавали непосредственно за валюту. Но основными и наиболее распространенными являлись именно «сертификаты Внешпосылторга» для стандартных «Березок», которые (сертификаты) существовали трех видов. С синей полосой, самые дешевые, вместо валюты соцстран, с желтой, подороже – для валюты стран «развивающихся» и бесполосные, естественно, самые ценные – для полностью конвертируемых валют.

Точной даты не скажу, но ещё в семьдесят шестом, когда я окончил институт, они функционировали именно в таком виде, но уже в следующем семьдесят седьмом их все заменили на «чеки» единого образца. Это вызвало своеобразную финансовую революцию на черном рынке, крутившемся вокруг всей этой системы, но я не столь был туда погружен, чтобы это произвело на меня большое впечатление, так что, не вижу смысла рассказывать именно об этом моменте подробнее. Главное, что осталось по-прежнему, так это опасность покупки на чеки для любого, кто не мог официально подтвердить источник происхождения данных чеков. Специальные люди могли проверить (и проверяли) документы у каждого покупателя, вызывавшего хоть малейшее подозрение. Если сомнения не рассеивались, то забирали в милицию, я тоже пару раз в начале семидесятых с приятелями удостаивался, нас, правда, отмазывал отец мой приятельницы Юрий Николаевич Воронин, недавно к тому моменту высланный из Лондона крупный разведчик, но многим везло меньше, можно было и реальный срок получить, потому я с такими походами довольно быстро завязал.

Однако эти чеки ещё довольно долго по привычке и традиции называли «сертификатами» или «сертами» (в провинции и на окраинах даже чаще «сыртами»). Система этих чеков просуществовала аж до восемьдесят восьмого года, после чего её ликвидировали с характерным для советской власти изяществом, максимально нагло и неудобно для потенциальных покупателей. Люди сутками, включая и ночь, писались и отмечались в очередях только для того, чтобы попасть в магазин и отоварить свои чеки хоть чем-нибудь. К этому моменту относятся тоже несколько любопытных и даже относительно смешных сюжетов, но ввиду их малозначительности и совсем уж потерянной нынче актуальности я вряд ли когда стану их описывать. Однако сами «Березки» ещё какое-то время продолжали торговать «по безналу» и полностью исчезли только вместе с СССР.

Или вот ещё один ещё более простой, но, возможно, и более характерный пример «каши в голове». У меня в тексте упомянуты автомагнитолы. И читатель откликнулся: «Какие магнитолы в начале восьмидесятых?! Автор всё путает или врет». Уточняю.

Когда-то я занимался описанием бурной и уже ушедшей эпохи пейджеров, естественно, вынужден был обратиться к истории фирмы «Моторола» и к некоторому своему удивлению узнал, что свою первую кассетную автомагнитолу по сути привычного в дальнейшем массового образца она выпустила ещё в пятьдесят девятом году. Я тогда даже в школу не пошел, так что ничего подобного, понятно, не только не видел, но даже о таком не слышал. Но своего первого «Жигуленка» купил в семьдесят втором. И не сразу, но максимум через год уже оборудовал его автомагнитолой. Врать не буду, точно не помню, но скорее всего это была «Сонька» или по крайней мере «Пионер», во всяком случае магнитолами именно этих двух фирм я так до конца их века и пользовался.

Конечно, это не был предмет ширпотреба, а своего рода роскошь, стоившая не одну среднемесячную зарплату (точнее уже, к сожалению, не вспомню). Но я справился, возможно, отказывая себе и жене в на чей-то взгляд и сильно более необходимом. Потому, что это было ни с чем не сравнимое наслаждение. Сажаешь рядом девушку, врубаешь на полную мощность Антонеллу Руджеро и летишь молодой, здоровый и счастливый по тогда ещё в нынешних понятиях почти пустой дороге навстречу всему самому прекрасному… Ладно, не будем о грустном.

Оставлять магнитолу в машине в связи с её большой ценностью не рекомендовалось, почти гарантированно сопрут, да ещё и машину изуродуют, выдирая колонки с проводами, потому устанавливали их съемными на специальные «салазки» в основном под панель. Возможно, существовали и «фирменные» системы креплений, но я, как и подавляющее большинство автовладельцев, всегда пользовался самодельными «салазками», которые поточно изготавливали наши умельцы в тех же автомастерских, в которых и устанавливали аудиоаппаратуру в машину. Уже в самом конце восьмидесятых появились модели автомагнитол с отстегивающейся передней панелью, так что шофер теперь мог уносить с собой не всю магнитолу, а только эту панельку. Но одновременно появились и специалисты, которые воровали оставленные магнитолы без панели, а потом как-то что-то к ним присобачивали и приводили в рабочее состояние. Та что, палка получалась несколько о двух концах.

Но это уже всё сильно позже, ближе к концу времени автомагнитол в принципе, о чем, имею в виду конец, естественно, тогда ещё никто и не догадывался. А в упомянутом начале восьмидесятых, несмотря на остающуюся непропорциональную дороговизну, импортные автомагнитолы (о советских я не слышал), были уже практически у всех моих знакомых автомобилистов.

Так что, не надо дополнительных ужасов про советские времена. Ключевое слово здесь – «дополнительных».
вторая

Егор Жуков. Всё потом

Сейчас совсем нет сил и желания. Потому только пару слов. Всем тем, которые «а в Америке за это вообще сразу же расстреляли бы».

Я, так случилось, возможно, к большому сожалению, но не в Америке. Однако там бы я вас действительно с большим удовольствием расстрелял бы.

Здесь бессмысленно. Ваша страна. Банкуйте.

Мрази. Не судьба.
вторая

Несколько слов вдогонку

В том-то и дело, что при экономике третьего порядка вопрос «в каком узком месте рванет первым» становится совершенно непринципиальным и даже лишним. Нигде ничего реально не «рванет».

Кризисы перестают играть ту роль, что раньше и приобретают совсем иные формы. Но остается инерционная путаница с понятиями «экономика» и «экономические показатели». Например, очень часто количественный рост не нужен и даже вреден, а качественные структурные изменения плохо отражаются в цифрах. Потому возможна чисто человеческая субъективная паническая реакция на незначимые и виртуальные факты, которые именно и только за счет этой реакции становятся реальными и влиятельными.

Но на серьезный и подробный разговор у меня сейчас нет сил и времени, да и смысла особого не вижу. Хочу только ещё раз подчеркнуть, что встречать шампанским и фейерверками грядущую рецессию в США не стану, и не только потому, что лишен злорадства, а потому, что никакой истинной рецессии не будет.

Но ухудшение ощутимых для трамповского электората факторов неизбежно, что, на мой взгляд, может сыграть положительную корректирующую роль.
вторая

Слепая бабушка

А вот сейчас можете не только пробежаться взглядом по нижеследующему предельно краткому тексту, но и, ради чистого любопытства пометить где-нибудь у себя и попытаться запомнить. Если не вылетит из головы, то примерно через пару лет вы будете слегка удивлены, когда всё это сбудется достаточно точно и по срокам, и по многим другим параметрам.

Последнее время даже среди достаточно трезвых, скептичных и профессиональных людей, при этом отнюдь не фанатов Трампа, стало привычным констатировать, что, да, возможно, он и несколько экзотично себя ведет, особенно на международной арене, но факт есть факт, экономика при нем растет. И это действительно так, некоторые показатели просто весьма впечатляющие. Но тут стандартная школярская путаница «при» и «из-за».

Американская экономика начала расти ещё при Обаме. Опять-таки «при», тоже не надо на этого милого человека вешать лишнего. И, если серьезно, не особо фантазируя и не придумывая каких-то хитромудрых объяснений с копанием в налоговых и прочих регуляторных нюансах, иногда тактически и вправду достаточно важных, но ни в чем не особо революционных, то Трамп принципиально ничего не поменял. Конечно, спасибо, что сильно не подпортил, но будет откровенной спекуляцией утверждать, что придал какой-то личностный фантастический импульс эффективности. Однако в том-то и дело, что он может действовать только в рамках своих возможностей, а их наивно преувеличивать.

Я уже как-то подробно объяснял, что в США давно существует экономика условно «третьего рода» или уровня. Позволю себе напомнить совсем коротко и примитивно. Первый уровень, это когда строят дороги. На втором проектируют для тех, кто строит. А на третьем всем этим вообще не занимаются, а выясняют и говорят проектировщикам, куда эти дороги нужно вести. И эта экономика функционирует совсем не по стандартным, хотя для своей системы исчислений вполне верным, законам экономических циклов или волн великого Николая Дмитриевича Кондратьева, не по моделям не менее великого Василия Васильевича Леонтьева, не по каким иным более современным и модным компьютерным прогностическим играм, основанным на баловстве типа «big data». Там свои порядки, достаточно рациональные и просчитываемые, но я их сейчас даже затрагивать не стану, иначе каждый большой специалист, а у нас нынче именно каждый в этих вопросах является самым большим специалистом, начнет приводить миллионы собственных возражений, и мы утонем в глубокомысленных пустословиях.

Один русский физик, мой ровесник, подозреваю, не без некоторой доли еврейской крови, ещё в начале девяностых уехал преподавать в провинциальный английский университет. Там немного заскучал со студентами и попутно изобрел некую технологию, которую запатентовал и продал за весьма приличную сумму. Как-то лекции после этого читать немного расхотелось, купил хороший дом и стал больше в виде хобби заниматься всякими интересными, как я понимаю, более всего лично ему исследованиями. Так прошло несколько лет, и вдруг к нему приезжают два относительно молодых американца с корнями из Юго-Восточной Азии. Говорят, что им случайно попалось на глаза его прошлое изобретение и они странным образом решили, что ученый сможет им помочь и в решении их проблемы. Когда изложили суть, физик только вежливо улыбнулся. Во-первых, говорит, это имеет довольно слабое отношение к области моих знаний, а, главное, во-вторых, если я что-то и понимаю в науке, то ваша задача принципиально не решаемая. Ну, как знаешь, отвечают, мы можем сразу предложить такую-то сумму (и называют что-то запредельное), а, если дело пойдет, возьмем тебя в долю, ты подумай.

И мужик стал думать. Уже придумал. Через год-другой, когда технология начнет внедряться, это произведет революцию в одной из важнейших финансово-экономических мировых сфер и окажет огромное влияние на все биржи и фондовые рынки. Принадлежать всё будет американской компании. При этом в США ничего производиться не будет и интеллектуальный вклад американский там тоже практически нулевой. Просчитываются и прогнозируются такие вещи стандартными классическими методами?

Но это я так, в виде развлекательного лирического отступления. Мои же расчеты говорят конкретно о следующем. Абсолютно вне зависимости от действий Трампа или в принципе расклада их политических сил, через пару лет экономический там сильно замедлится, возможно по каким-то параметрам даже начнется откат, во всяком случае показатели, в том числе и социально значимые, явно ухудшатся. Это может совпасть с концом нынешнего президентского срока Трампа, может с началом следующего, если его переизберут на волне продолжающегося подъема, но дурных последствий он не избежит.

Ругать Трампа тогда будет столь же бессмысленно, как сейчас хвалить. Однако иметь в виду стоит. Я же не об окончательной победе коммунизма, тут всё достаточно скромно по срокам и проверяемо. Так что, не надо сейчас начинать со мной спорить. Просто вспомните в свое время.
вторая

Небо над Испанией

Вот уж точно не мое дело. И мнение мое по данному поводу не только не важно, но и не может быть никому интересно. И всё-таки…

Я жил в Испании. Не очень долго, но довольно «плотно». Общался с людьми самых разных возрастов и социальных слоев. Конечно, и языковой барьер, и вообще «чужак», но, знаете, грани на стройплощадке или во время серьезной пьянки иногда стираются весьма сильно. И у меня сложилось впечатление, что разделение между франкистами и республиканцами, конечно, до сих пор сохранилось. Но, во-первых, оно гораздо менее острое, чем, например, у нас по многим параметрам, а, во-вторых, имеются много более серьезные трещины раскола, скажем, между испанцами и каталонцами.

И личность Франко я сейчас не собираюсь анализировать. Однако два факта можно констатировать без особых сомнений. Свою страну он умудрился провести мимо Второй мировой и оставил её с возможностью реформы и перспективы.

Вроде формально считается, что «испанское экономическое чудо» началось в середине пятидесятых. Франко умер в семьдесят пятом, а от дел отошел ещё на пару лет раньше. Я впервые приехал в Испанию в конце восьмидесятых. На внешний поверхностный взгляд особых следов этого «чуда» тогда не наблюдалось. Нельзя было сравнить не то, что с Германией, но даже с южной Францией. Однако уже лет через двадцать это стала совсем другая страна. Барселона вообще, на мой субъективный вкус, сейчас самый крутой современный город Европы.

Я не могу сказать, что люблю Испанию, это в принципе не очень то чувство, которое могу испытывать к какому-то государству, но она мне, конечно, очень нравится, особенно Коста-Брава. Райские места. И там очень много сложностей и проблем, но, мне представляется, что отнюдь не франкизм, воспоминания о нем и массовая рефлексия по этому поводу лежит в их основе. По крайней мере, точно, это не главное и не определяющее.

Так что, не стоило трогать прах каудильо. Мне это было неприятно и тревожно. Но, ещё раз повторю и подчеркну, не моё дело. Им лучше знать. Мне же остается лишь желать над всей Испанией безоблачного неба.
вторая

Некстати

Это может выглядеть странным, нелепым и даже совсем невероятным, но банковская система Израиля является одной из самых забюрократизированных, неэффективных, да и просто неудобных для клиента по сравнению с основными цивилизованными странами. Кажется парадоксальным, но нация, которая, если и не изобрела банковское дело, то внесла в его возникновение, развитие и совершенствование один из основных кладов, при создании собственного государства не смогла воспользоваться плодами своих многовековых блистательных трудов.

Некоторые еврейские патриоты могут начать мне крутить пальцем у виска, но это факт явный и несомненный. Любой человек, который имеет хоть какой-то практический опыт пользования банками в разных странах, сталкивается с этим постоянно и неизбежно. Но я сейчас, естественно, не стану заниматься подробным анализом такого положения. У него есть свои вполне уважительные и исторические, и политические, и идеологические, и финансовые, и ещё всяческие крайне значимые причины. Однако результат налицо.

Система предельно монополизирована, влияние государства зашкаливает, допуск иностранных конкурентов чисто формальный и неработоспособный, конкуренция максимально ослаблена, мотивация собственников и персонала направлена не туда, отсюда постоянные сбои, плохое качество обслуживания, отсутствие современного уровня гибкости и оперативности, короче, чтобы не закопаться в нюансах, там всё не соответствует нынешнему состоянию страны в целом.

А вот в России, наоборот, как ни странно, в последние годы банковская система функционирует очень прилично, если, конечно, не считать варварскую систему кредитования. Но в чисто операционном смысле всё действует весьма надежно и четко. Тут можно как угодно и зачастую полностью справедливо критиковать и деятельность по сути государственного Сбербанка, и лично Германа Грефа, но объективно следует признать, что с точки зрения рядового потребителя он фантастически успешно модернизировал убогую и, казалось, принципиально не реформируемую структуру заведений каменного века под названием «Сберкассы». Так что в общем плане российская банковская система оказалась как раз, в отличие от израильской, выше общего уровня развития страны и в экономическом, и даже в социальном плане.

Однако есть один нюанс. В Израиле очень медленно, криво, косо, с зигзагами, откатами и поворотами не в ту сторону, но всё-таки потихонечку система совершенствуется и улучшается. У неё имеются не безусловные, но вполне реальные шансы и перспективы. А в России, тоже не очень быстро, но качество теряется. И процесс этот, похоже, вряд ли обратим.
вторая

«Видящий победу»

К моему большому удивлению, когда я недавно в своей реплике о идее присоединения к РФ Калифорнии обмолвился, что американцы грохнули нашего Императора, мне несколько человек написали на почту, а пара приятелей даже позвонила по телефону, чтобы похвалить, мол, как я удачно пошутил по поводу цареубийства. Меня прямо оторопь взяла.

Во-первых, я, конечно, циничный мерзавец, но всё-таки думал, что уж в таких делах меня заподозрить нельзя, в смысле, что я буду шутить на столь деликатную кровавую тему. А, во-вторых, и это главное, поскольку лично ко мне уже не имеет никакого отношения, я тут не совершаю абсолютно никаких открытий. Практически все факты давным-давно прекрасно и достаточно широко известны. На основании многих написано несколько книг, в том числе такими талантливыми и популярными писателями, как Юрий Давыдов и Борис Акунин.

Но, поскольку возникла такая странная реакция о, казалось бы, по крайней мере для меня, более чем очевидном, я решил предельно кратко напомнить читателям о некоторых фактах. Только сразу хочу предупредить, что это максимально пунктирные заметки без малейшего желания здесь и сейчас писать подробное исследование. Возможно, когда-нибудь я этим займусь или хотя бы просто более детально систематизирую и объясню, но пока только чрезвычайно поверхностный набросок в расчете на дальнейшую собственную вашу любознательность и сообразительность.

И всё же, несмотря на столь скромную задачу, я вынужден начать несколько издалека. И прежде всего следует отметить, что, по каким-то не совсем ведомым мне причинам, отнюдь не только у нас, но и во всем мире каждый считает себя специалистом по богомерзким и ужасным американским спецслужбам. Это второе по значимости знание после способов очистки политуры для не имеющих представление от чего умер Пушкин. Но на самом деле это, мягко говоря, несколько ложное ощущение. Основанное в том числе и на бардаке, творящемся с самими понятиями «специальные», «секретные», «тайные», «разведывательные» и прочие подобные службы. А это далеко не одно и то же. Специальные совершенно не обязательно должны быть секретными, секретные, в свою очередь, разведывательными, а действительно тайные вообще ничего никому не обязаны. Но я сейчас не собираюсь наводить ни в чьих головах порядок, а ограничусь только поверхностными замечаниями.

Грубо говоря, речь идет о своего рода в определенной степени силовых структурах, деятельность которых в той или иной мере ограниченно публична, задачи направлены в основном на обеспечение так называемой «государственной безопасности» в самом размытом значении, а методы работы далеко не всегда полностью соответствуют что юридическим, что этическим и нравственным нормам. Никто даже толком не может сказать, сколько точно такого рода в США организаций и по каким принципом кого куда включать. Совершенно произвольно называют цифры от пятнадцати до двадцати, главное произнести с уверенностью. Скажем, ту же полицию или прокуратуру обычно спецслужбами не именуют, но ФБР иногда к ним причисляют, хотя там нередко весьма пересекающиеся поля деятельность и сильно схожие методы.

Однако тут есть ещё один момент. Опять же, далеко не только в России, но и очень многие европейцы находятся под влиянием стандартов и шаблонов нашего континента, потому не совсем понимают Америку. А там слишком многое по-другому. Начиная от устройства всей страны в целом, которая и не федерация, и не конфедерация, и даже не нечто среднее, а вовсе иначе сшитое формирование из взаимозависимых, но довольно суверенных государств, которое очень хитро функционирует, иногда вовсе не имея европейских аналогов или эти аналоги слишком отдаленные.

Среди прочего это, в том числе, относится и к спецслужбам. Структура и система подчиненности которых представляется зачастую для многих в нашей части Света слишком экзотичной и запутанной. Но при том на самом деле очень четкая, строгая и достаточно эффективная. И есть один факт как бы бесспорный, с которым практически все согласны. Что первой и долгое время единственной такой организацией была United States Secret Service — USSS, то есть федеральное агентство США, в две тысячи втором переподчиненное министерству внутренней безопасности, а до того относящееся к Минфину. Она была создана буквально в день своего смертельного ранения Линкольном с очень узким кругом задач, сводившимся по сути почти исключительно к борьбе с фальшивомонетчиками, а охраной президентов стала заниматься аж только с девятьсот второго, после убийства Мак-Кинли и по той примитивной причине, что и тогда ещё оставалась единственной федеральной спецслужбой. И по этой же причине именно USSS оказалась своего условной прародительницей и «материнской платой» всех остальных спецслужб, которые от неё не то, что напрямую «отпочковывались», но создавали при той или иной мере её участия или хотя бы влияния.

Всё это, несомненно, так, но одновременно и не совсем. И тут опять нужно учитывать американское своеобразие. USSS действительно тогда была единственной федеральной. Но чисто государственной. В США же многое изначально не как у людей. Вот, например, у них нет Центробанка. Часто так автоматически называют ФРС. Но это не совсем соответствует действительности, хотя определенные и даже многие функции классических центробанков Федеральная резервная система исполняет и под значительным государственным влиянием находится, но одновременно в некоторой степени является и частным акционерным обществом с массой своих специфических особенностей. Впрочем, и в эту тему, понятно, я сейчас особо углубляться не собираюсь, нас здесь интересуют всего несколько моментов.

Само это независимое федеральное агентство с особым статусом, имею в виду ФРС, было создано только чуть больше ста лет назад, в девятьсот тринадцатом. А до того там были различные и весьма даже иногда экзотические периоды и системы, вплоть до на наш сегодняшний, да и многих тогда, совсем уж диких, когда существовала так называемая «Эра свободных банков» или вовсе ничего подобного Центробанку вовсе не имелось. Но всё-таки, несмотря на внешний кажущийся хаос и неуправляемость, ФРС возникла не совсем на пустом месте. Её основу заложил великий Александр Гамильтон, ещё в семьсот девяносто первом, учредив Первый банк Соединенных Штатов с некоторыми отчасти государственно регулирующими функциями. На восемьдесят процентов учреждение совсем частное. Но с определенными государственными функциями и полномочиями. Но, ещё раз, практически частное. В определенных ситуациях сложно сочетается. Особенно, если ещё и сами государственные, в том числе силовые и контролирующие, структуры и институты не слишком развиты и не особо мощны.

И для смягчения этого парадокса именно лично Гамильтон создал первую реальную, правда, тоже практически частную, но спецслужбу с не только частными, а и более широкими задачами и, главное, с самым серьезным финансированием. Это было одновременно и коллекторское агентство, и третейский арбитражный суд, и финансовая разведка, и сходка «по понятиям» для решения приватных щекотливых проблем, и ещё множество всего нынче даже невообразимого, однако в той ситуации не только очень полезного, но даже иногда необходимого, в ином виде в обществе и государстве не имеющегося. Официального названия у организации не было, да и изначально она задумывалась как предельно тайная, на самом краю законности и легальности, но глава и основатель иногда, когда по крайней необходимости требовалось упомянуть, именовал её как Office «Nicanor», так оно в какой-то степени и прижилось в максимально узком кругу посвященных.

Первый банк в таком виде, как «протоцентро», детище первого же министра финансов США, просуществовал всего двадцать лет. Потом ему просто по ряду больше политических, чем экономических причин, не продлили соответствующую лицензию, к тому времени сам Гамильтон не только перестал руководить денежной системой страны, но и скончался, однако и после восемьсот одиннадцатого Office «Nicanor» (ON) не исчез вместе с «материнской» организацией. Его продолжили финансировать крупнейшие банкирские дома, включая, в том числе, естественно, Морганов и Рокфеллеров, однако уже не как чисто собственное подразделения, а как относительно самостоятельный, но очень удобный и эффективный инструмент прогнозирования, проектирования и решения тех вопросов и проблем, которые по большей части находились в некой «серой зоне» и которым не особо благоприятствовала публичность.

Но тут нужно особо и отдельно подчеркнуть, что неглупые люди с деньгами и возможностями хорошо поняли, насколько разные вещи «финансировать», «пользоваться» и «руководить». То есть, если ты хочешь действительно иметь реальный результат от использования, то финансировать полезно, а лезть в руководство, особенно оперативное, не стоит и даже обычно вредно, а следует доверять это специалистам и профессионалам. Потому во главе организации по традиции ставился человек как бы посторонний и независимый, нередко достаточно известный, но совсем в других областях. Так в интересующий нас период эту должность или пост, или не очень понятно и совсем не важно что, но занимал небезызвестный Александр Белл. Для чего его даже специально, тихонько, настойчиво переманили и переправили из Шотландии через Канаду в США, где полностью натурализовали.

Опять же, понятно, не стану вдаваться в подробности биографии этого неординарного человека, внешняя канва широко известна и доступна, упомяну лишь несколько нюансов важных для нас именно в данном случае. Когда Путин несколько раз не без определенного раздражения отмечал, что интернет был создан американскими военными совместно с ЦРУ, то он, конечно, не был так уж абсолютно точен, а просто повторял, что ему докладывали бывшие сослуживцы определенного уровня. Но некоторая часть правды в этом есть, кое-какие спецслужбы имели и имеют к разработке интернета достаточно серьезное отношение. Однако сама по себе идея создания сети как «спецсредства» для «спеццелей» зрела давно, ещё со времени появления систем сигнальных огней до нашей эры, а первым подобием относительно современного уровня с использованием уже каких-то достаточно продвинутых технологий стал телеграф.

Одним из наиболее известных по литературе истинных прародителей хакерства является граф Монте-Кристо. Который, как вы помните, взломал базу данных и запустил своего рода вирус в телеграфную сеть, разорив таким образом своего врага. Но, конечно, реальной сетью в её нынешнем понимании стала только телефонная. И у истоков её создания стоял именно Александр Бел во главе ON. Причем, надо отдать ему должное, он никогда особо не настаивал, что является изобретателем самого телефона и спокойно отдавал пальму первенства Меуччи, впрочем, если так уж требовалось, а в принципе не сильно заострял внимание на подобных мелочах. Главное, что им была создана эффективная и работоспособная сеть, заложившая идейные основы всей сегодняшней системы.

На этом затянувшееся предисловие заканчиваю и постараюсь его излишний объем компенсировать краткостью изложения фактов по уже конкретно интересующей нас теме. Охота на императора Освободителя началась ещё в шестидесятых, задолго до создания «Народной воли». И продолжалась сколь долго, столь и безуспешно. Только широко известных и публично признанных неудачных покушений не меньше семи. Но как-то у ребят всё не складывалось, то холера, то понос, иногда осечки происходили по совершенно нелепой, почти смешной случайности. Эти великие теоретики, гениальные террористы и конспираторы никак не могли толком организовать убийство человека, которого на самом деле охраняли очень плохо и слабо, но всё-таки люди чуть более практически умелые и способные, чем революционеры. А в семьдесят восьмом в среде народовольцев появляется артиллерийский штабс-капитан Сергей Петрович Дегаев.

И его биографию, как общедоступную, я, естественно тоже пересказывать не стану. Отмечу лишь основные наиболее туманные моменты. Считается в стандартном толковании и объяснении, что Сергей Петрович имел слишком большие амбиции и считал себя достойным претендовать на самые высокие посты в организации, но оказался товарищами недооценен, его даже не включили в «Исполнительный комитет», а поручения давали только второстепенные. Потому он решил убрать основных лидеров «Народной воли» и таким образом расчистить себе путь к руководству. С какой целью в роли провокатора и тайного агента охранки вступил в сговор с подполковником Отдельного корпуса жандармов Георгием Порфирьевичем Судейкиным и действительно значительно способствовал разгрому тайного общества. Был разоблачен товарищами, но сумел купить себе жизнь участием в убийстве своего куратора Судейкина и сбежал из России.

Думаю, тут даже саму мало сведущему о незаинтересованному читателю понятно видно, насколько многое шито белыми нитками. А если еще учитывать, что, несмотря на разницу в показаниях по поводу дат, но в любом случае на Судейкина Дегаев начал работать не раньше восемьдесят второго, то есть только после убийства Императора, то концы с концами вовсе не сходятся. Самый основной и ключевой момент деятельности организации Дегаев для себя пропустил, когда действительно мог напакостить народовольческому начальству. Так легко и просто пошел на сотрудничество с жандармерией якобы за совсем небольшие деньги, которые сразу же взял у предложившего их Судейкина. Да и вообще сама идея возглавить революционную организацию путем уничтожения её основной части представляется несколько экзотичной.

Но я не стану продолжать далее подробно разбираться во всем этом, любой желающий может самостоятельно познакомиться с жизнью и деятельностью Сергея Петровича. После чего, уверен, хоть сколько-то непредвзятый взгляд сразу и без труда определит, сколько там натяжек и нестыковок. Как всего лишь один из бесчисленного количества примеров, сюжет о том, как уже вроде бы полностью разоблаченный в качестве предателя товарищами Дегаев добровольно приезжает на их «партийный суд» в Париж и удивительно удачно для себя решает там все проблемы. Вся история выглядит просто нелепой до маразма и анекдота.

Но на самом деле там не было ничего смешного и глупого. Одной из самых сильных сторон работы ON было умение найти в нужном месте, в нужное время нужных талантливых и наиболее способных для решения определенных задач людей. И ещё в семьдесят восьмом году агенты Александра Белла обратили внимание на двадцатилетнего обер-офицера, которого вырастила многодетная вдова врача и который умудрился к этому возрасту окончить кадетский корпус, артиллерийское училище, отслужить в Кронштадте и поступить в Михайловскую артиллерийскую академию, одно из старейших и авторитетнейших технических военных учебных заведений империи. Имея неограниченные материальные ресурсы и весьма серьезные связи во всех российских кругах вплоть до самых высших, специалисты ON сначала устроили Дегаеву подлянку. Блестящего и подающего огромные надежды слушателя академии уволили из неё как «политически неблагонадежного» и отправили в отставку практически без средств к существованию и малейших перспектив. После никаноровцы чего сделали предложение, от которого Сергей Петрович не столько не смог, сколько не захотел отказаться. Да, конечно, по большому счету его купили. Но не за деньги, а за возможность той «жизни мечты», которая, казалось, уже безвозвратно потеряна навсегда.

Дегаев безупречно выполнил свою часть договора. Он сумел, даже не будучи на первых ролях в «Народной воле», организовать, наконец, успешное убийство Императора. Таким образом все вопросы, касающиеся любых возможных российских финансовых и территориальных претензий к США, были окончательно решены и в буквальном смысле похоронены. Но это ещё далеко не всё. Контора Белла не собиралась оставлять в Европе, а Россия тогда воспринималась, хоть это сейчас может звучать и странновато, именно европейской, причем крайне важной составляющей, серьезную эффективную боевую террористическую революционную организацию, способную самостоятельно менять государей. Поэтому вторым этапом задания Сергея Петровича стало полное уничтожение «Народной воли» вместе с метастазами за границей (для чего, собственно, Сергей Петрович и ездил в Париж, хотя внешне этот поступок и выглядел нелепо), с чем Дегаев тоже отлично справился. Одновременно зачистив все концы и организовав убийство начавшего догадываться о его истинной роли одного из самых талантливых профессионалов российских спецслужб Георгия Порфирьевича Судейкина. (К счастью, это произошло уже после того, как у подполковника успел недавно родиться сын Сергей, благодаря чему мир получил изумительного художника).

И, наконец, полностью решив все поставленные задачи, Дегаев не столько договаривается с жалкими остатками уже практически безвредных террористов, сколько просто ставит их в известность, чтобы особо не дергались и не морочили ему хоть в какой-то степени голову, что навсегда покидает Россию и уезжает в Южную Америку. Но едет, естественно, в США.

А там уже наступает время ON расплачиваться. И надо признать, что контора не подвела. Его сначала устраивают на отличную высокооплачиваемую должность в химической корпорации, потом дают гражданство, в процессе чего Дегаев уже официально получает имя, до того используемое им в качестве псевдонима в честь своего основного руководителя, лишь слегка его подправив. Теперь он Александр Пелл. Затем Пелл становится аспирантом университета Джонса Хопкинса в Балтиморе, защищает докторскую диссертацию по дифференциальной геометрии и начинает преподавать математику в Университете Южной Дакоты. Далее он декан инженерного колледжа этого университета, а потом, уже в двадцатом веке, профессор математики в Институте Армора в Чикаго, нынче это Иллинойский технологический. Счастливо и успешно дожил до двадцать первого года и упокоился на баптистском кладбище в Пенсильвании. В Университете Южной Дакоты до сих пор наиболее одаренным студентам-математикам вручается именная стипендия Александра Пелла.

Александр Грейам Белл, хоть и был на десять лет старше одного из лучших своих агентов, но пережил его на год. А Office «Nicanor» прекрасно существует до сих пор в своем пограничном до конца не проясненном и даже принципиально не проясняемом статусе. Организация настолько реально тайная, что подавляющее большинство работающих в ней и на неё людей вовсе не подозревают о её существовании. Финансирование в основном, хотя и не только, идет через ФРС, а ресурсы используются самые разнообразные, вплоть до любых пентагоновских, но без излишнего контроля со стороны государственных структур.

Самая большая проблема с системой управления и постановки задач, поскольку даже президент США не имеет возможности дать конкретный приказ именно ON, так как тоже ничего точно о нем не знает. Но эти коммуникативные сложности как-то решаются, механизм выработан достаточно эффективный, хотя и не слишком простой, но все эти технологические детали и мелочи я сейчас подробно описывать не стану, возможно, когда-нибудь в другой раз, когда придет пора и возникнет необходимость.