?

Log in

No account? Create an account

Верхняя запись Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Читать дальше...Свернуть )

Мы ленивы и нелюбопытны…

На самом деле, за этой двойной цитатой я чаще всего прячу частью некоторое собственное кокетство, но частью большей, всё-таки элементарную вежливость, поскольку не могу с абсолютной искренностью самого себя причислить к упомянутому «мы». Да, ленив, несомненно, но вот как раз любопытством не обделен. И это самое любопытство подвигает меня нередко вполне успешно справляться с собственной ленью. К сожалению, сие не самая распространенная черта. Но я ведь отнюдь не ставлю своей задачей кого-то перевоспитывать и всегда готов подстроиться под чужие слабости.

Потому не стану отсылать читателей к своим книгам, написанным по материалам этого Журнала и имеющим прекрасный, очень подробный справочно-навигационный аппарат, составленный отличными, профессиональными редакторами. Хотя пользуясь этим аппаратом можно было бы быстро и с большим удобством найти там фамилию Охлобыстин, посмотреть, что я написал об Иване Ивановиче за последние два с половиной года.

Но просить об этом или даже советовать это было бы с моей стороны излишней назойливостью. Потому я сделал работу сам, нашел основные тексты на эту тему и пометил их соответствующим «тэгом». А собственно, к чему я это и почему именно сегодня мне таковое пришло в голову? А просто стало самому интересно. Поскольку отношение мое к Охлобыстину издавна имеет некий личностный оттенок, и я к этому человеку всегда был, видимо, несколько пристрастен. Причем, исключительно с положительным знаком. А, следовательно, хоть и вследствие этого не полностью объективен, но зато искренен. И достаточно внимателен.

И вот сегодня появилась информация, что Иван Иванович Охлобыстин возглавил Высший совет партии «Правое дело». С одной стороны, конечно, и фантастический, и феерический этап карьеры приостановленного в служении священника, а с другой, что нынче может быть в подобного рода зигзагах судеб реально удивительного и действительно неожиданного? Так что, я и решил посмотреть, из написанного мною хоть как-то выстраивается логика такого изумительного слияния остатков не совсем понятно какого дела, называющего себя «правым», и экзотической личности с крестом в одной руке и мобильником в другой?

Посмотрел. Если вам делать нечего по дождливой и мерзопакостной погоде, можете повторить пой подвиг, кликнув фамилию Ивана Ивановича под этим текстом. По-моему, так вполне себе получается набросок некой новеллы с довольно естественным финалом. Правда, я не сомневаюсь, что финалом открытым, поскольку вряд ли это действительно конец истории…
Много глупостей, а иногда и откровенных пакостей, на мой взгляд, наделал в этой жизни Иван Иванович. Ещё больше, опять же, на мой взгляд, Иван Иванович глупостей, а иногда и откровенных пакостей, в этой жизни наговорил. И всё-таки, в глубине души, я никогда не мог окончательно вычеркнуть его для себя из нигде не зафиксированного, но предельно четкого списка людей, не окончательно безнадежных в отношении порядочности, которым инстинктивно пользуюсь, когда вижу или слышу кого-то из нынешних публичных персон.

Он же не просто и не только рекламно-шутейный батюшка «под запретом». А если человек если и не совсем моего времени, то всё же нашего круга. Это ведь Иван Чужой, которого так ценили и Никита Мамлин и Надя Кожушаная. И ценили отнюдь не только как способного, подающего большие надежды актера. А лично для меня это кое-что значит. И мне почему-то всегда казалось, что в ситуации действительно серьезного нравственного выбора Охлобыстин сможет удержаться от окончательной подлости. Потому прочел его открытое письмо «Его Святейшеству Святейшему Патриарху Московскому и Всея Руси Кириллу» с некоторым облегчением.

Впрочем, возможно, я всего лишь, как, впрочем, и подавляющее большинство, с излишней сентиментальностью отношусь к воспоминаниям собственной юности и выдаю желаемое за действительное.

Оblivio

Проект «Охлобыстин» со скоростью, превышающей скорость распространения любой раковой опухоли, вышел за пределы милого шутовства и стал реально опасен уже без всякой ухмылки. Прошу прощения у читателей моего Журнала, что неоднократно писал об этом человеке и призываю всех, не то что даже разумных, но хотя бы имеющих инстинкт самосохранения, немедленно прекратить упоминать неприличное безобразие вовсе. Тут нельзя бороться, необходимо немедленно забыть.

Бич Божий

…А и вправду, так дальше пойдет, получим очень даже реально Охлобыстина в президенты и сразу на заявленные им разом четырнадцать лет вместе с декларируемым, хоть еще окончательно не сформулированным, но наверняка очень креативным, как все что он делает, «философско-идеологическим концептом» и лозунгом, что "когда предлагается что-то интересное, это должно по воле Божией решаться государством».

Читать дальше...Свернуть )

Окстись!

Прочел:«Мы тут же с Иваном зафоловились, как же теперь без этого?!?! В общем, подсели мы все на Твиттер!!!»
Источник:
volochkova-a.livejournal.com

Читать дальше...Свернуть )

7.23

Как я и грозился, возвращаюсь к теме Свято-Боголюбовского монастыря, чтобы поделиться мыслями уже совсем конкретными и личными, касающимися вопросов узко бытовых, семейных и не большое имеющими отношения к религиозной философии как таковой. Когда моей дочке было 8-9 лет, она спросила, я ведь не крещеная, можно меня окрестить? Жена замороченная много более сложными нашими семейными проблемами того времени, хотя сама и воспитанная бабкой – староверкой, но не очень сосредоточилась и буркнула типа того, что, будет свободное время, тогда и заглянем в церковь, а я сразу же сходу отмел эту идею. Сказал, вырастишь, хоть в монастырь иди, хоть обрезание делай, а пока не морочь голову. У меня, честно говоря, вся эта история совершенно не отложилась в памяти. Но вот недавно моя уже совсем взрослая дочь напомнила о ней и даже рассказала некую подоплеку тех событий. Она была девочкой несколько не стандартной внешности, ничего особенного, но возможно, несколько полновата, в тот момент заметно ниже ростом своих сверстниц, может быть еще какие-то нюансы, который на взгляд взрослых и не имеют никакого значения, а у детей любые, самые небольшие отличия порой воспринимаются остро и болезненно. К тому же и имя ее почему-то воспринималось окружающими с долей негатива, хотя я уж совсем не понимаю, что особо оригинального в имени Софья. Короче, в какой-то момент она почувствовала определенную отчужденность среди и школьных и дворовых подруг. А большинства из них носили крестики и порой эта тема – крещение, так или иначе всплывала в их разговорах. Так вот Соня решила, что если она тоже станет крещеной, это как-то увеличит ее общность с остальными, чего ей очень хотелось. Потому и обратилась к нам с этой просьбой. Оказывается, тогда на мой отказ сильно ее обидел, хотя виду она особо и не показала. Или я был не очень внимателен, тоже в самом начале 90-х было чем заняться на уровне реального выживания. Но сейчас дочка вспомнила ту историю затем, чтобы меня поблагодарить. Не знаю, что послужила тому конкретным поводом, хотя, видимо он был, но, как я понял, основной смысл благодарности сводился не к тому, что я оставил Соню некрещеной, а что дал ей возможность принимать достаточно значимые и принципиальные для собственной жизни решения уже самостоятельно, в сознательном возрасте, когда человек способен делать это без слишком большого влияния со стороны. И на этот, последний разговор я тоже не очень обратил внимание. Но этим летом мы собрались на шашлыки с семьей старых друзей. Они люди не просто верующие, но по-настоящему воцерковленные, хотя и в их семье на религиозные темы не царит полного единодушия. Жена, к примеру, истовая поклонница Андрея Кураева, а муж к некоторым аспектам и деятельности и высказываний дьякона относится несколько скептически, особенно к его миссионерству. Впрочем, это так, мелочи. В главных позициях они едины, так что детей у них еще больше, чем у нас. Потому, естественно, когда собираемся, да по обычаю, не без сопутствующего шашлыку, то, как всегда в таких случаях расслабленная и многотемная беседа в какой-то момент, так или иначе, затрагивает вопросы воспитания. Вот и на этот раз что-то мы вспоминали о ранних годах наших деток, и всплыла та история с несостоявшимся крещением Сони. Отец семейства сразу не отреагировал, но, через некоторое время, когда мы остались вдвоем, вдруг посерьезнел, и сказал, что, конечно, уважает мои либеральные педагогические взгляды, но своих дочек (а у него еще две остались не очень взрослые) и воспитывал и обучал, и собирается продолжать делать то же и впредь, в самых строгих православных традициях. Возможно, он ожидал от меня каких-то возражений. Но их не последовало, да и последовать не могло, а в каких еще традициях должны воспитываться и обучаться дети в истинно православной семье? Ну, и как согласовать эти наши позиции? Да никак. У верующих людей свои точки отсчета. Этот конкретно, мой приятель, добрейший и обожающий своих детей человек, никогда никого из них и пальцем не тронул, но сможет ли истинно православный осудить, скажем, добродетельного и строгого отца, который из самых благих побуждений выпорол свое нашкодившее чадо? Я же такому родителю готов морду набить, а вон в Финляндии за подобное просто обирают детей ли даже могут вовсе посадить. Хотя, вроде, тоже не нехристи. И в этом, кстати, дойти до маразма так же просто, как и с телесными наказаниями. В Германии недавно один подросток подал на родителей в суд, что они ему мало карманных денег дают. И, между прочим, процесс выиграл. Шустрый парнишка. Но забудем про наказания, тем более телесные, вернемся к вещам гораздо более нейтральным. Вчера была большая передача о Ване Охлобыстине, временно отошедшем от священничества, чтобы поставить на ноги своих шестерых детей. Жена его, до сих пор величающая мужа отцом Иоанном, рассказывала, какие у них в семье существуют ограничения для младших. Чепуховые, надо признаться, ограничения, самые большие из которых, по-моему, что нельзя в приличные места в штанах ходить, те, которые ниже пупа вообще запрещены, и еще телевизор без материнского разрешения не включать, а на ДВД ставить только заранее отобранные и утвержденные диски. Смех, одним словом. Но дело ведь не в уровне, а в причине и принципе давления. Заставить ребенка в виде наказания съесть кружку соли, это, понятно, садизм без всяких разговоров, да и я вслед за Прохановым сомневаюсь, что в Свято-Юоголюбовском монастыре действительно целую кружку съедали, это и физически не очень возможно. А если только ложку? А если совсем маленькую ложечку, крохотную, безвредную, исключительно для острастки и с самыми лучшими побуждениями за самую серьезную провинность? Не знаю, мне в страшном сне не привидится кормить своих детей солью, что бы они не сделали. Но ведь мне точно так же не придет в голову заставлять своих детей затыкать уши и закрывать глаза, когда на экране герои целуются, как этого требует жена «отца Иоанна». Так возможно ли тут какое-то согласие? Не знаю. Я не вижу такой возможности. И, думаю, некоторую ущербность единого, устраивающего всех подхода чувствуют и многие способные, и даже обязанные принимать конкретные решения. Особенно, решения на уровне закона и именем государства. И, думаю, вся история с монастырскими детьми потихоньку сойдет на нет. Более того, чудесный человек, замечательный священник и прекрасный просвещенный педагог, руководитель православного пансиона Виталий Рысев, пытающийся защитить детей, но привлекающий слишком много внимания к проблемам религиозного образования и воспитания, наверняка буде иметь еще кучу неприятностей на свою голову. А мрачноватые Боголюбовские монахи, что бы они там ни творили, какие бы бредовые молитвы о «избавлении от иудейского засилья» ни придумывали, и даже, сколько бы гадостей про самого патриарха ни говорили, все равно останутся вполне благосклонно воспринимаемой частью РПЦ. Потому что, в глубине души, христиане не могут не чувствовать, что эти самые монахи много ближе к истинной вере, чем их значительно более умные и образованные собратья.

3.16


Случайно, по телевизионной наводке младшего Лошака прочел заметку в интернете Ивана Охлобыстина, где он признается, что застрелил бы свою дочь вместе с женихом, если бы она в качестве этого самого жениха представила ему негра. Казалось бы, есть масса причин, по которым мне нет никакого смысла высказываться на данную тему. Начиная с того, что подобный вопрос ставил еще Фолкнер, правда, насколько я помню, касался он сестры. А уж после старика Уильяма затеваться разбирать межрасовые заморочки – дело вовсе пустое. Конечно, при этом каждый может высказаться по поводу собственного опыта и отношения, но моя продвинутость все еще находится на столь низком уровне, что мне сложно публично рассуждать на тему сексуальных предпочтений не только моей дочери, но и дочери Ивана Ивановича. Правда, меня не останавливает неприличность самой темы для прилюдного обсуждения, тут индульгенцию я получил еще в глубоком детстве вместе с первой «жидовской мордой» при первом же появлении в милом московском дворике первого дома по улице Чаплыгина. Но и это никак не объясняет возникшего внимания к пустому пижонству начавшего стареть актера. Да и сам он, в конце концов смягчился и почти раскаялся, признавшись в почти уверенности, что через тысячелетия мы все вообще будем одной расой, а дочку так любит, что на самом деле, конечно же, не убил бы, а просто очень сильно страдал бы, но в результате смирился бы. И вообще, психологические, эпатажные, рекламные, нравственные и прочие фокусы такого человека ну, как-то совсем не могут стать предметом серьезных раздумий. К тому же, по случайности лично к Ивану я отношусь пристрастно тепло. Много лет назад мой близкий друг юности Никита собирался снимать свой первый полнометражный фильм. По тем временам более чем необычный, по странному сценарию Нади Кожушаной, основанному на довольно мало у нас известной новелле Фолкнера ( честное слово, эта рифма в данном тексте возникла совершенно случайно). И искал актера на главную роль, в глубине души прекрасно понимая, что среди современных советский киноактеров подходящего существовать не может просто в принципе. Однажды я встретил Никиту счастливого и удивленного. Он сказал, что нашел идеально подходящего, очень талантливого никому не известного мальчика, чуть ни студента тогда еще. Зовут Ваней. Я, честно говоря, не очень поверил, но Никита, как ни странно, оказался прав, Охлобыстин, в то время еще под псевдонимом «Чужой», сыграл великолепно, и так, как тогда, в самом деле, не мог никто. С самим молодым актером я так и не познакомился, но постоянно слышал и от Никиты и от Надежды, с которой тоже какое-то время общался, о нем много лестного, чуть ни восторженного. И воспоминаний об этом, особенно после обидно ранней смерти моего друга, было более чем достаточно для того, чтобы мое отношение ко всему, что делает Охлобыстин навсегда осталось самым благожелательным. Да, ни Де Ниро, ни Николсоном он не стал. И тот, кто сделал его священником, обладал несомненным, хотя и довольно своеобразным чувством юмора. Но все это не повод всерьез обижаться на Ивана Ивановича, что бы он там ни ляпнул. Так что причина моего возникшего интереса к его высказываниям в другом. Объясняясь по поводу произошедшего, Охлобыстин рассказал, что спросил мнение на эту тему некого батюшки, нравственность и благочестие которого, по словам Ивана, сравнимы только с древними отцами церкви. И православный подвижник, подумав, ответил, что вылезет и кожи вон, но воспитает свою дочь так, чтобы ей и в голову не пришло привести в дом негра. Я, на самом деле, втайне догадывался, что в головах нынешних наших христиан не все устроено должным образом. Но даже не подозревал такую сильную запущенность.


Profile

вторая
auvasilev
Васильев Александр Юрьевич
http://vasilev.su

Latest Month

Сентябрь 2018
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by yoksel