?

Log in

No account? Create an account

Верхняя запись Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Читать дальше...Свернуть )

Работа над ашипками

Кажется, я ждал достаточно. Честно говоря, поначалу был почти уверен, что вот-вот услышу извинения с разъяснениями. Но, видимо, уже не дождусь. Впрочем, возможно, что-то пропустил, тогда сам, в свою очередь, прошу прощения и, надеюсь, мне на это укажут.

Более двух с половиной лет назад Юлия Леонидовна Латынина в своей еженедельной радиопередаче уделила довольно значительное время обсуждению убийства семьи начальника нижегородского СОБРа Дмитрия Чудакова. Вернее, даже не столько самого убийства, сколько личности подозреваемого на тот момент этом страшном преступлении Алексея Серенко.

Подробнейше рассказала, какой это всю жизнь был плохой и опасный человек, настолько, что его, мастера спорта, даже из бокса выгнали потому, как «Слишком злой».

А затем в мельчайших деталях объяснила, как при помощи новейших американских методов экспертизы гладкоствольного оружия наши следователи доказали, что именно из «Сайги» Серенко было совершено убийство и приводит ещё множество технических подробностей и улик, вплоть до найденного у обвиняемого зачитанного до дыр старого учебника криминалистики. Доводы просто железобетонные.

Ну и заканчивает страстной обвинительной речью в адрес тех, кто смеет сомневаться в виновности монстра Серенко. Там полный набор. И «замечательная демшиза, которая всегда руководствуется главным принципом: если человек сидит на скамье подсудимых, то, конечно, он не виноват, а все сделала проклятая власть». И «что меня потрясло в такого рода параноидальных конструкциях, что они всегда тоже абсолютно безразличны к самому основному чувству, которое характерно для нормального здравого смысла – чувство справедливости». И ещё многое другое, столь же эмоциональное и убедительное.

Особенно умилительно перечитывать всё это сейчас, после того, как практически случайно, в связи с совершенно другими преступлениями, были найдены истинные убийцы, а, наверное, действительно, не самый добрый и хороший человек Алексей Серенко к данному конкретному делу уже окончательно оказался абсолютно непричастен.

А теперь, пожалуйста, обратите отдельное внимание на сказано далее. Я ни в коем случае не хочу сейчас заниматься обличением Латыниной. К Юлии Леонидовне отношусь с самой искренней нежностью на грани любви и даже когда нередко бываю с её мыслями не согласен, это никоим образом не уменьшает моего к ней уважения. Да и, кроме прочего личного и субъективного, любой человек, в том числе и журналист, имеет права на ошибку. И следователи имеют. И даже судьи имеют. Вообще кто угодно.

Я понимаю, что говорю сейчас пошлые банальности, но именно из их очевидности следуют два столь же пошлых и банальных вывода.

Во-первых, может быть не стоит столь яростно постоянно обличать «параноидальную демшизу», да и всех остальных, вне зависимости от нравственно-политических воззрений, когда они высказывают сомнения, особенно, сомнения в добросовестности и профессионализме отечественных правоохранительных органов?

И, во-вторых, как любит всегда повторять сама Юлия Леонидовна, о качестве системы более говорят не ошибки, а реакция на них. Ни в коем случае не призываю к публичному покаянию на площади с вырыванием волос и посыпанием головы пеплом. Но что помешало, сначала просто извинившись, затем так же подробно, как и в обвинительной тираде, рассказать, почему столько самых дорогостоящих экспертиз на самых разных уровнях оказались фуфлом, ну, и прочие подробности теперь уже совершенно ясно, что полностью сфабрикованного дела в отношении Серенко?

Вот, чего я, собственно, ждал и почему, с удивлением не дождавшись, решил о том давнем случае напомнить. Но и это не главная причина. Основное, по моему мнению, в сохранении тренда. И Латынина не творец его и даже не главный идеолог, и, тем более, не основной проводник в жизнь. А всего лишь одна из тех, кто наиболее четко сие публично формулирует. Вот уже событие относительно недавнее и, мне очень хотелось бы верить, с не до конца закрытым финалом. Это дело Ильи Фарбера. Юлия Леонидовна сказала по его поводу:

«Это смешно. Человек подписал акт о приемке работ и получил за это деньги. Ну, вот, как это объяснить иначе, чем взяткой? Ну, а если бы то же самое проделал какой-нибудь начальник ОМОНа? Вот, если это были его деньги, где чеки от материалов, которые он закупал? Он был настолько наивен, что делал ремонт не только за свои деньги, но и без чеков? Хорошо, где сами материалы? Он может показать в этом Доме культуры хоть единую доску и сказать "Вот я ее поставил, а в смете подрядчика ее нет"? Ну, вот, если он платил свои за ремонт, то кому? Где показания рабочих, которым платил Фарбер?»

Я всё, что мог и хотел сказать по поводу Фарбера, изложил ещё после первого суда над ним. И здесь не хочу повторяться, потому сейчас замечу отнюдь не по уголовному делу, а исключительно по поводу высказывания Латыниной.

Мой личный строительный опыт во всех ипостасях от плотника-бетонщика до прораба, подрядчика, заказчика и инвестора насчитывает не одно десятилетие. Я свои первые сметы составлял и наряды закрывал ещё в начале семидесятых, потому кое-что в этом понимаю. И смешны мне как раз не сомневающиеся в виновности Фарбера, а аргументы, приведенные Латыниной. По каждому из них я мог бы написать монографию, если бы не опасался, что кто-нибудь воспримет её как явку с повинной.

Оттого, и дабы не утомлять читателей, ограничусь лишь упоминанием, что в середине девяностых я сам неоднократно подписывал акты приемки и получал при этом деньги, которые совершенно не были взяткой, а вовсе наоборот. Человек или организация не имели средств или иных возможностей, что бы доделать в полном объеме указанные в изначальном договоре работы, и я оказывался перед выбором. Или остановить стройку, начинать судиться, или попытаться решить дело миром, взять за недоделанное хоть какую-то часть денег, добавить свои и самому всё завершить. Не всегда, но и не редко я выбирал второе.

Не хочу сейчас экстраполировать собственный опыт на конкретную ситуацию с Фарбером, привел чисто теоретический, ни на какую юридическую ценность не претендующий пример. И призываю всего лишь к большей осторожности в суждениях, особенно, когда речь идет об обвинении. Чтобы потом было проще извиняться. И к тому, чтобы всё-таки, в любом случае, извиняться. Если, конечно, чувствуешь себя неправым. Ну, а нет – так нет. Хотя и при таком варианте объясниться, думаю, всё-таки стоит.

И ещё раз повторю и подчеркну. Меньше всего мне хотелось бы заниматься пафосным обличением Юлии Леонидовны Латыниной. Всё к чему стремлюсь, это привлечь очередной раз внимание к мысли, неоднократно сформулированной в разных вариантах многими, но наиболее близкой мне в самом простом виде:

Истина недостижима, но только путь к ней очищает тебя.

Метки:

Фраза, конечно, мощная, но я намеренно поставил её в заголовок, чтобы сразу пояснить, что, по моему мнению, тут редкий случай, когда нет никакого националистического или хотя бы просто национального оттенка. Эта история не про тридцатипятилетнего безработного еврея из Москвы, поехавшего делать культурную революцию в глухую Тверскую деревню. И даже не про русского интеллигента. А про интеллигента вообще, несмотря на то, что более нигде кроме России интеллигентов не было вовсе. И всё-таки. Этот сюжет вне времени и пространства. Но очередной раз развернувшийся именно сейчас и конкретно в деревне Мошенки, что за три десятка километров от Осташкова.

Я подробно про Илью Фарбера, про фантастический суд над ним и ещё более фантастический приговор рассказывать не буду. Никакой приватной или дополнительной информацией я не располагаю, сам пользовался материалами исключительно открытыми, опубликованными в СМИ или размещенными в интернете, а их каждый может посмотреть самостоятельно, всего лишь набрав фамилию главного героя в любом поисковике. Разве что рискну порекомендовать обратить отдельное внимание на текст Полины Еременко, в котором, на мой взгляд, наиболее точно переданы некоторые бытовые моменты деревенского существования московского «понаехавшего».

Но за то я весьма неплохо знаю систему функционирования строительного бизнеса в стране вообще и в Тверской губернии, в частности. Особенно того именно бизнеса, что связан с освоением местных бюджетов местными же, предельно инкорпорированными в общую властно-экономическую структуру строительными организациями. Именно такой оказалась «Горстрой-1» под руководством Юрия Николаевича Горохова. Фарбер был обречен в тот момент, когда согласился курировать ремонт деревенского клуба и взял в руки сметы. Ох, и повидал же я на своем веку этих смет…

Кстати, могли просто убить. Но это так, как сейчас модно говорить, моё личное и субъективное оценочное суждение. А если отбросить пустые фантазии, то выбор оставался единственный. Или Горохов должен был сесть, или Фарбер. Третьего не дано. Если даже кто-нибудь может себе представить, что хоть чисто теоретически может быть дано первое.

Но тут уже и гадать не нужно. Кто из них сел, на какой срок и с какими ещё замечательными дополнительными обременениями, только что стало известно и говорить особо не о чем. Я вот почему, собственно, и сам на это внимание обратил, и чужое, возможно, с несколько излишней назойливостью привлекаю.

С одной стороны, уж очень тут классический и почти стандартный случай, который и в позапрошлом веке мог произойти, и в прошлом, и отнюдь не только в нашей стране. Да, сама по себе система судопроизводства у нас нынче уникальна, и, понятно, приговор выглядит кафкиански. Но стоит напомнить, что вообще-то Кафка вовсе не отечественный писатель. Хотя с легкостью можно представить себе историю Ильи Фарбера как сюжет произведения любого из русских литераторов любого уровня, от Глеба Успенского до самого Антона Павловича или даже Фёдора Михайловича.

Однако, с другой стороны, вот ведь в чем парадокс. А может даже и не парадокс, а всего лишь такая норма проявления какой-то неведомой нам великой истины. При всей своей внешней как бы поучительности, эта и подобные ей истории, никогда никого не могли и не смогут ничему научить. Всегда будут появляться какие-то фарберы, совершать внешне какие-то совершенно нелепые поступки, лезть не в свои дела, кому-то мешать, кого-то раздражать и при этом пребывать в полной уверенности, что торят дорогу в светлое и доброе будущее. И на каждого фарбера всегда обязательно найдется свой горохов. И всё закончится как всегда. Так что, сложно говорить хоть о малейшей поучительности в ситуации абсолютной необучаемости.

Да, и последнее, чтобы не было никаких кривотолков относительно моей позиции по самому судебному приговору. Разумеется, и в следствии, в процессе имелись и многочисленные нарушения, и просто откровенные нелепости и подтасовки, и давление со стороны судьи, и прочие становящиеся уже обыденными фокусы отечественного правосудия. И сам по себе срок фееричный. Всё так. Но особенно хочу подчеркнуть и отметить. Вину учителя Фарбера признали независимые присяжные. И тут я слово «независимые» пишу без тени иронии.

Суд присяжных… Как там по классике, «защита гражданина от произвола государственных органов и право быть судимым равными себе»? Прелесть!

Profile

вторая
auvasilev
Васильев Александр Юрьевич
http://vasilev.su

Latest Month

Сентябрь 2018
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by yoksel